Подвиг деревни Им. Часть первая

eyam1Жила-была (да и сейчас здравствует) в Скалистом Крае, в самой серединке Англии, деревня Им (Eyam: это те еще саксонские названия, загадочные даже для нынешних англичан). Деревня древняя: еще во времена римлян там, например, добывали свинец.

В 17 веке, вскоре после Гражданской войны и Реставрации, все вздохнули с облегчением: ожидался расцвет торговли, промышленности и всяческих свобод.

В Лондоне, правда, случилась комета — а потом чума, а потом Великий Пожар… но в Скалистом Крае жизнь текла, по сравнению с прошлыми десятилетиями, безмятежно, и маленькая деревня Им среди живописных холмов и долин процветала.

banner-countryside

Холмы в окрестностях Има

В 1665 году в Име жило, по-видимому, более 400 человек во главе с молодым священником преп. Уильямом Момпессоном, присланным сюда год назад с женой Кэтрин, совсем юной, мягкосердечной и, к сожалению, больной туберкулезом, и двумя маленькими детьми. Уильям два года назад закончил учебу и приступил к своим обязанностям; его жизненным правилом было, как он писал, «никогда не делать ничего, на что я бы не посмел спросить благословения Божия». Предыдущий священник, старый пуританин Томас Стэнли, прекрасный оратор и внимательный пастырь, после Реставрации был смещен, но вернулся жить в деревню, где продолжал проповедовать в домах оставшихся пуритан.

Однажды второго или третьего сентября к Мэри, жене местного портного Александра Хатфилда, жившей в коттедже недалеко от деревенской церкви, пришел очередной ящик с выкройками и тканями от его лондонского поставщика. Ценный товар прибыл совершенно отсыревшим в пути, Александр был в отъезде, и Джорджу Виккарсу, странствующему портному, которого Александр нанял себе в помощь, было поручено разложить ткани у камина для просушки.

На следующие сутки у Джорджа началась сильная лихорадка, бред, возникли опухоли и, несмотря на все попытки лечения, 6 сентября несчастный умер. Странное дело — вслед за ним стали погибать и другие: через две недели — четырехлетний Эдвард, младший пасынок портного (тот совсем недавно женился, и у них с Мэри, бывшей вдовы шахтера со свинцового рудника, было двое детей); третьим умер Питер из соседнего дома и его младенец (он женился тоже меньше года назад, и его жене, Саре Хоксворт, было всего девятнадцать лет), еще сосед с женой и дочерью, в начале октября — двенадцатилетний Джонатан, старший пасынок портного, и другие соседи: у всех были похожие симптомы. Эммотт, девушка 22-х лет, была помолвлена с сыном мельника, Роландом Торром из соседнего Стоуни Миддлтона, и он очень волновался за нее: жила она в крытом соломой скромном доме напротив церкви, и к концу октября у них умерло уже шестеро — отец, братья и сестры, а всего жертв в деревне было уже двадцать девять.

Стало ясно, что вместе со злополучной тканью из Лондона прибыла чума.

eyam-plague-cottages

Коттедж Мэри Хатфилд

Впрочем, зимой умерших становилось все меньше и меньше. Жители надеялись, что болезнь угасает — небольшие вспышки чумы случались в то время за пределами Лондона, и к тому же даже в больших городах зимой мор останавливался.

Однако люди продолжали умирать, а весной 1666-го года болезнь разразилась с огромной силой. Эммотт и Роланд Торр встречались всю зиму время от времени в маленькой открытой долине Какклет Делф, разговаривая издалека, чтобы не заразить Роланда. В мае она перестала приходить, и хотя бедный Роланд продолжал ждать ее, он постепенно убеждался в том, что слухи верны и Эммотт, как и почти вся ее семья, скончалась еще в конце апреля. Только мать, не в силах оставаться в опустевшем доме с трехлетним Джозефом, переехала на другой конец деревни, к родственникам и будущему супругу. Началась паника. Многие убежали жить в пещеры и поля. Эндрю Меррилл тоже забрал любимого петуха, построил на скорую руку шалаш далеко за домом и ушел жить в него. Местный эсквайр и люди побогаче в ужасе разъехались из Има, и в начале июня даже Момпессоны отправили детей, пятилетнего Джорджа и Элизабет к своему дяде в Йоркшир. Несмотря на просьбы жены, сам Уильям отказался бросить паству, и тогда же Кэтрин Момпессон решила остаться с мужем, хотя было ясно, что надвигаются тяжелые времена: викарий и вся деревня стояли на пороге очень трудных решений.

Продолжение тут,  окончание здесь

3 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.